Aвтор: Михал Домонкош
Источник: Брейк, 3.2009, № 3, стр. 42-45

В бизнесе как акула – не может остановиться, иначе бы стагнировал. Нравится ему, как женщины в бизнесе используют с вои преимущества. О своих будущих планах и актуальном кризисе говорит Павол Крупа.
BREJK: В период продолжающегося финансового кризиса множество проектов прешло в состояние застоя. Чувствуете и вы его проявление?
Кризис чувствует каждый, либо экономический, либо психологический в манере поведения самого себя или общества. Можно сказать, что каждый затянул ручной тормоз и ожидает, что принесет дальнейшее развитие. Правильный инвестор как хамелеон, приспосабливается условиям и ожидает на новые возможности и тренды, которые определяет рынок и экономическое развитие. В связи с новыми условиями и мы занимаемся переоценкой некоторых инвестиций. Некоторые проекты могут быть осуществлены только при наличии банкового финансирования и мы должны ожидать позицию банка. Здесь можно рассматривать процесс застоя, так как банкам в настоящее время необходимо больше времени. Arca Capital имела хорошо размещенный портфель и придерживалась принципа hands-on, что обозначает, что она контролировала свои проекты. Это не позволяло делать проводить рисковые операции при инвестировании в ценные бумаги, т.е. падение цены не влияло на наши дела. И несмотря на кризис мы в 2008 году ушли из некоторых проектов или находимся в заключительной фазе ухода из них. Ожидаем, что полученные таким образом средства снова сможем использовать в новых проектах.
BREJK: Что, по-Вашему, было пусковым механизмом современного глубокого экономического кризиса?
Глобальный финансовый кризис можно сравнить с переполненной емкости, в которую „повара“ в виде политиков, банкиров и аналитиков добавляли составляющие в виде систематически преувеличенных активов и пассивов, преувеличенного ожидания развития экономики, медиальной манипуляции, отсутствия ответственности высшего менеджмента, управляющего активами и превышения собственных интересов над общественными. В этом котле топили микроэкономической политикой правительств, расходованием средств, отсутствием здорового человеческого разума и целевым искривлением информации. Из этого должно быть сварена только неспособность погашать кредиты, падение ипотечного рынка, падение цен акций компаний, инвестирующих в ипотеки и последующее влияние на остальные акции компании. Результатом всего этого будет длительная рецессия. Люди перестанут тратить свои деньги, видя неясное будущее, инвесторы будут более осторожными и будут уделять большее внимание реальной стоимости активов и более высокой прибыльности проектов, что означает ограничение инвестиционной деятельности.
BREJK: Может такое экономическое падение иметь и положительные стороны?
Конечно, да, уплотнится цена активов, денежная единица станет боле ценной, замедление роста экономики будет связано со сниженной инфляцией, что для потребителей принесет снижение цен или его торможение. Урегулируются отношения. Можно ожидать нулевой прирост, или даже снижение валового дохода в рамках еврозоны. Урегулируются отношения между предпринимателями. Проекты будут оцениваться более реалистично, без сверх ожиданий, произойдет вытрезвление от предпочтения некоторых групп при предоставлении более выгодных условий при предоставлении кредитов. Банки будут более предусмотрительно оценивать проекты. Это создаст возможности для инвестиционных компаний. Те компании, которые переживут кризис, через два года будут иметь обеспеченный рост благодаря новым инвестиционным возможностям. Сейчас мы только вначале кризиса.
BREJK: Отличается ли Словаки я в это время чем-то специфическим? Кроме того, что нам удалось перейти на новую европейскую валюту...
И в нашем регионе ожидаются проявления экономического кризиса. Падение спроса в странах ЕС и США негативно повлияет в основном на экспортеров, и на множество их поставщиков в нашем регионе. В общем ожидается увеличение безработицы, более низкий рост реальных зарплат по причине давления на снижение расходов у предпринимателей. Многие отрасли ощущают давление азиатских конкурентов, жесткую конкуренцию в области розничной торговли, повышенную осторожностью банков при предоставлении кредитов. Следующее давление на конкурентную способность может произойти и после принятия Евро в Словакии. Специфической особенностью Словакии является то, что кризис нас постиг нас в нашем наилучшем состоянии. Интеграция в ЕС завершена, экономика прошла реформами и уже работает, конверзивный курс зафиксирован, а задолженность населения находится на среднем уровне. На основании указанных причин последствия кризиса, вероятно, будет менее драматичным, чем у некоторых других странах.
BREJK: В Ваших активах широкая шкала предприятий. Кроме того, вы начали заниматься курортным бизнесом, конкретно в Тренчанских Теплицах, но потом ушли от этого.
Почему?
Стратегией компании Arca Capital является инвестирование в основной капитал компании, возможность влиять на управление, со сроком инвестиции от 2 до 5 лет. Как инвесторы типа private equity мы ориентируемся на компании, которым нужна реструктуризация, кризисный менеджмент или реституция экономики предприятия. Или можем инвестировать в предприятия, у которых прогнозируем потенциал роста, используем способный менеджмент и ориентируемся на улучшение cash flow проекта. Можно сказать, что предприятие сдаем на чистой тарелке. Проект Тренчанске Теплице был именно таким проектом, который требовал грубую реструктуризацию. Нашу задачу мы выполнили, а когда поступило интересное предложение, мы предложили проект следующему инвестору.
BREJK: Какие Ваши планы на будущее?
В настоящее время ориентируемся на такие возможности, которые принес с собой финансовый кризис. В моем понимании это не кризис, это быстрее всего урегулирование отношений и вытрезвение из инвестиционного и девелоперского бешенства, которое начало овладевать миром. Мы будем ориентироваться на секторы, у которых будет проявляться рост.
BREJK: Какие это отрасли?
Думаем усилить нашу позицию в пищевой промышленности. В этой отрасли мы присмотрели одну крупную сделку в Словакии. Далее будем заниматься девелоперскими проектами от пятидесяти до ста квартир, у которых доминантным параметром будет размещение и уникальность проекта. Хотим привлечь следующих инвесторов в Украину, где уже имеем разработанных несколько проектов в области логистики и ретайла, хотим усилить позицию Arca Capital на украинском рынке и далее использовать возможности, которые предлагает чешский и словацкий рынок. Мы разработали уникальный проект в области гостиничного хозяйства и туризма в Центральной Словакии. Понимаем, что для области инвестирования типа private equity в период кризиса предлагаются большие возможности для инвестирования.
BREJK: Где-то я читал, что наибольшим вашим примером, является Славомр Гашчак из компании Pentа. Правда ли это, и в чем?
У меня много примеров для подражания, или за поведением которые я наблюдаю, или таких, которые своими достигнутыми успехами мотивируют меня. У Славомира меня восхищает его профессионализм и способность подготовиться к переговорам, а также его совершенная точность при решении проблем. Можно сказать, что он может справиться с любой ситуацией и иметь в каждой области достаточный обзор. Будь это право, или экономия или психология. Славомир это просто визитка компании Пента и создатель ее стратегии. А стратегия, которая создается в Пенте, с моей точки зрения, именно та настоящая и эффективная стратегия private equity инвестирования в этом регионе.
BREJK: Когда догоните Пенту?
Если она побежит навстречу. У нас точно определена стратегия, ориентированная на мелкие и средние предприятия и мы осознаем нашу позицию на рынке. Это как в природе, при крупных хищниках свои задачи и функцию имеют и более мелкие. Могу сказать, что генетически мы не приспособлены догнать Пенту, но может я и ошибаюсь. Может однажды, когда к нам придет крупный инвестор, и своими средствами нам даст возможность более динамического развития...
BREJK: Слышал, что Вы во время разговоров много рисуете на бумаге и пользуетесь китайскими пословицами.
Рисую, когда я убежден, что визуализация моей мысли поможет понять то, о чем хочу говорить. Пользуюсь пословицами или поговорками, и не только китайским, для того, чтобы привлечь внимание, а также для облегчения понимания того, о чем говорю.
BREJK: В Киеве вы купили огромный участок площадью 50 гектаров. Хотите на нем что-то строить?
В окрестностях Киева мы приобрели несколько участков. Каждый из них мы покупали для строительства. Южнее от Киева в направлении Одессы, мы купили два участка. Один на берегу реки Застугна, на расстоянии 20 км от Киева. На нем планируем строительство 160 коттеджей для высшего среднего класса. Панорама долины дает возможность архитектору использовать уникальность местности, окруженной лесом, для первоклассного жилья. Следующий участок расположен 30 км от Киева, непосредственно на направлении на Одессу, здесь планируем строительство логистического парка.
BREJK: В Чехии Вам принадлежит несколько фирм. Какая из них вызывает у вас наибольшую гордость?
Мы гордимся каждой инвестицией. За этим стоит много работы, способность принимать правильные решения и know-how менеджеров, которые руководят данным проектом и потом выполняют его . Можно вспомнить, например, Czech Precision Forge (бывшее предприятие Malá Kovárna Škody Plzeň), при которой мы из компании, которая была перед закрытием, или даже перед конкурсом, создали успешное машиностроительное предприятие с оборотом 24 миллионов Евро и количеством работающих – 250 человек. Также и KASA.cz и Marilla, где мы в сегменте кофе и минеральных вод являемся крупным игроком на чешском рынке.
BREJK: Какая из стран, в которых вы работаете, для Вашего бизнеса самая „урожайная“?
Я отвечу на этот вопрос вашей терминологией – самый урожайный бизнес в Словакии и в Чехии, так как здесь мы уже собираем плоды нашей работы. Новые рынки, например Украина, это большая возможность, где пока что пашем и сеем. Результаты мы ожидаем через несколько месяцев и лет.
BREJK: Как большинство мужчин вы точно влюблены в скоростные автомобили...
Может вас разочарую, но чувство от езды в быстром автомобиле меня наполняет на короткое время. Намного большее наслаждение я получаю от выделения эндорфинов при других видах деятельности, например, в спорте. По этой причине у меня нет быстрых машин, я имею Range Rover и Mitsubishi Pajero.
BREJK: Я знаю, что ваше кондицию улучшает известный тренер Марош Молнар
Марош, который принадлежит к наилучшим тренерам, и не только в Словакии. Доказательством этого являются наши хоккейные звезды и другие успешные спортсмены. Когда Марош уехал к Любомиру Вишневскомув Лос-Анджелес, обучил своему мастерству и местного тренера. Внедрил там новшества в тренировочных методах. Я рад, что могу тренироваться у него и вместе с его клиентами, и быть не только с успешными в бизнесе, но и в спорте. Занимаюсь таким спортом, которому могу уделять внимание в каждой стране, где работаю – силовые тренировки, бег, велосипедный спорт. Для меня уже стал традицией участие в Сенецом триатлоне.
BREJK: Слышал, что вы поспорили с хоккеистом Любом Вишневским на сто тысяч, кто первый покорить определенную вершину на велосипеде в Рогачах. Кто выиграл?
Пари не состоялось, хотя я был готов к нему, и Любо тоже. На той недели, когда должно было быть пари, в моей семье возникли такие обстоятельства, что я не смог принять участие в пари и это мы перенесли на следующий год.
BREJK: На что вы больше всего тратите деньги?
Думаю, что как у каждого занятого бизнесмена больше всего денег уходит на поездки и весь сервис около него. Проживание в трех странах требует того, чтобы о Вас некто заботился, больше всего уходит на одежду и спортивное снаряжение. В прошлом у меня было увлечение в дорогих часах, но теперь остановился на спортивных (Polar), так для меня очень неудобно постоянно их менять.
BREJK: Какие женщины вам нравятся и что при их выборе является решающим?
Мне нравятся женщины, которые умеют заинтересовать. Такие, которые в себе имеют определенный вызов или притяжение. При выборе решающим является внешний вид сопровождаемый сексуальностью и взглядом на жизнь и ценности.
BREJK: Вы уже имеет такую женщину, с которой вы хотели остаться на всю жизнь?
В большинстве случаев, когда человек начинает отношения, он находится в фазе прекрасного восторга, и тогда он убежден, что это на всю жизнь. Моментально, я не нахожусь в такой фазе отношений.
BREJK: Скажите тогда, в какой фазе моментально находитесь?
Я пока свободен...
BREJK: Если речь идет о бизнесе с женщиной, многие атакуют своим физическим оружием, не говоря о том, что мужчины этого требуют. Как бы вы повели себя, если бы это случилось с вами, если уже такое и не произошло?
Атакуют и мне это нравится, когда человек пользуется всеми своими преимуществами и задачами, которые касаются бизнеса, но я не отношусь к легким корыстям.
BREJK: Как вы лечитесь, в случае неуспешных трансакций?
Благодарю богу, нашей концепции, способным людям в нашей компании очень мало неуспешных трансакций. Но если произойдет что-нибудь такое, что можно назвать неуспехом, не лечусь бегством в неизвестность. Остаюсь и данную ситуацию решаю. Стараюсь из этой ситуации извлечь урок и все последующие дела делать лучше.