Aвтор: Мартин Марик
Источник: Hospodářské noviny, 3.3.2009, № 14, стр.

Интервью газете Господарске Новины
Павол Крупа, шеф инвестиционной компании Arca Capital
Более мелкий, но искусный хищник среди инвестиционных компаний. Так вела себя словацко-чешская компания Arca Capital. Не боялась таких операций, как приобретение акций фирмы Moravia Energo от бывшего премьера Станислава Гросса или вступления в компанию Марила из Прибрама, принадлежащей бизнесмену Томашу Питров.
„Мы хотим стать наиболее крупной инвестиционной компанией в Центральной Европе в области вхождения в мелкие и средние фирмы,“ такие планы были у шефа и владельца большей части имущества компании Arca Capital Павола Крупы.
В прошлых месяцах, однако, Arca Capital ушла из некоторых проектов, в которые она вошла в Чехии. По предварительным расчетам прибыль в прошлом году составила около 2,8 миллионов Евро. Это конец смелых планов?
„Ни в коем случае. Мы сделали переоценку своих прежних инвестиций – и теперь ожидаем, какие возможности принесут наступающие месяцы. Для инвесторов это может такой шанс, который больше никогда не повторится,“ говорит Крупа.
HN: Но вы уже вышли из нескольких проектов – это значит, что вы решили уйти из Чехии? И теперь сосредоточитесь на Украину и Словакию?
Нет, наоборот. С первого взгляда может показаться, что мы уступили из Чехии. Но средства от продажи нам наоборот дают источники для следующих сделок. Это означает, что в Чехии мы остаемся. Урожай быстро созрел и поэтому мы начали его сбор.
HN: Некоторое время назад, Вы говорили о том, что в Вашем бизнесе всегда есть „время для посева “,а потом наступает „время сбора“. Успели ли ваши аквизиции созреть? Или Вы были вынуждены их продать из-за кризиса?
До недавнего времени аквизиции созревали намного быстрее, чем мы ожидали. После нашей оценки мы решили, что это было правильное время для продажи. Уже вначале прошлого года мы знали, как будет развиваться финансовый кризис – мы были об этом и немного предупреждены.
HN: Например, в случае электронной фирмы КАСА у Вас была стратегия по развитию бизнеса, которая заключалась в добавлении следующих инвестиций к ней и аквизиции за рубежом и после этого должна была произойти продажа. Вы даже предполагали выход на биржу.
Да, было именно так. Анализы в отношении интернет магазинов постоянно хорошие. Но те аквизиции, которые предлагались, были либо недоступные либо достаточно дорогие. Поэтому мы продали компанию КАСА, когда пришло хорошее предложение.
HN: Повлиял ли кризис на это решение?
В определенной мере. Это не было необходимостью, но мы решили, что лучше иметь деньги наличными.
HN: А почему вы продали часть компании Марила – фирмы в пищевой промышленности, владельцем которой до Вас был, якобы, бизнесмен Томаш Питро?
Мы продали полякам только часть Марилы, упаковку кофе и производство печенья. Когда нам аналитики предсказали цену кофе, развитие которой развивалась совсем в противоположном направлении, чем цена электрической энергии. Цена кофе не должна была увеличиваться. Но произошло все наоборот. И стало ясно, что более выгоднее продать Марилу.
HN: Следующую часть Марилы, производство минеральной воды Ондрашовка, тоже предлагаете для продажи.
Только в том случае, если будет хороший покупатель. Пока что имеем трех претендентов. Но мы готовы развивать производство минеральной воды Ондрашовска, в прошлом году оборот возрос более, чем на 30 процентов.
О проблемах Хренка мы наперед не знали.
HN: Постоянно спрашиваю Вас об одном и том же – в большинстве случае вашей целью является увеличение цены приобретенной фирмы в течение трех- пяти лет, и потом ее продажа. Но уж очень быстро Вы продали миллиардеру Томашу Хренко почти третью часть фирмы Moravia Energo, которую Вы до этого приобрели у бывшего премьера Станислава Гросса. Компания Moravia Energo в настоящее время почти банкрот. Было у Вас какое-то „чутье“, что этот бизнесмен в области продажи электроэнергии попадет в такую ситуацию?
Нет, мы такими хитрыми не были. Продажа для нас была выгодной сделкой.
HN: Но энергетика – это бизнес, который в период кризиса имеет перспективу. А, кроме того, у Вас были высокие планы. Почему пришлось отступить?
Год назад все говорили о том, как цена электроэнергии будет постоянно увеличиваться. Потом все оказалось наоборот. У компании Moravia Energo возникли проблемы из-за того, что в прошлом году она купила электричество по достаточно высоким ценам.
HN: У Вас были и другие планы в области энергетики. Например, купить гидроэлектростанции или солярные электростанции.
Да, это правда. Мы рассматривали целый ряд других энергетических проектов от электростанций, работающих на угле, газе до проектов с солярной энергией. Даже мы не были далеко от приобретения электростанции в г. Усти над Лабем, которая поставляет электроэнергию фирме STZ – бывшая фирма Setuzа.
HN: Это электростанция, которая якобы принадлежит бизнесмену Томашу Питру – который теперь скрывается от тюремного заключения. Какие планы были у Вас в этой электростанции?
Мы хотели расширить ее возможности, что она служила не только фирме Setuzа.
HN: Сделки в области энергетики не получились...
Да. Хотя мы и не получили возможность что-то значимое добавить к нашей доли в компании Moravia Energo, мы продали эту долю госп. Хренкови. Совсем не догадываясь, как все обернется для фирмы.
HN: Еще компании BIO-SKIN. И в этом случае, вы хотели выйти на биржу – отрасль био-трансплантатов для медицины обещала перспективы. Уйдете и с этого проекта?
Из этого проекта мы уже ушли. Нашу долю мы продали нашим партнерам, которые в настоящее время являются и менеджерами проекта. В настоящее время ожидаем оплату данной сделки.
HN: Если все подсчитать – избавляетесь проектов в энергетике, пищевой промышленности, электронном бизнесе, биотехнологиях. Смесь отраслей, которые должны были быть перспективными. Тяжело себе представить, что такого рода развитие дел может означать дальнейшее развитие в Чехии, как это вы подчеркнули вначале разговора.
Думаю, что я уже все объяснил. В краткости, мы успокоили наши аквизиции, которые были нами сделаны до этого. И мы хорошо подготовлены к новым сделкам.
Новые сделки будем обращать на протяжении нескольких лет
HN: Некоторое время назад, Вы заявили, что Arca хотела бы стать наиболее крупной центрально-европейской инвестиционной компанией в секторе „мелких и средних “ фирм. Остались ли верным такому заявлению и сейчас?
Да. Но при этом, мы уже не хотим заниматься мелкими сделками. Например, в случае компании BIO-SKIN – это исчислялось в десятках миллионов. А теперь мы бы хотели – из-за эффективности – сосредоточится на проектах от сто миллионов и больше. В общем, до границы пол миллиарды крон.
HN: Что Вы присмотрели в Чехии для своих будущих инвестиций?
Мы снова хотим продвигаться в те отрасли, в которых мы уже попробовали работать: фармацевтика, пищевая промышленность, энергетика, машиностроение. В Чехии, в Словакии, в Украине. Не хочу создать впечатление, что в настоящее время мы парим как коршуны над фирмами, у которых возникли проблемы, чтобы напасть на них. Но в настоящее время решающим вопросом будет цена, если будет приемлема, не будем сделку откладывать.
HN: Означает ли это, что благодаря приходу финансового кризиса и экономической рецессии, у вас будет более быстрый оборот в аквизициях? Покупать и в случае выгодного предложения продавать?
В настоящее время более быстрая продажа была из-за того, что экономика была в перегретом состоянии, цены увеличивались. Мы продавали фирму, например, и через девять месяцев. Теперь все будет наоборот. Цены фирм более низкие, но позже они снизятся еще. Для того чтобы увеличить цену, понадобится больше времени.
HN: Сколько?
Вернемся к стандартным срокам – от двух до пяти лет.
HN: А не будет ли необходимости в турбулентный период располагать наличными – и, например, через пол года снова уйти из какого-нибудь проекта?
И это возможно. И поэтому мы это уже часто и делали. Деньги на счетах в настоящее время почти не имею роста. Поэтому большинство инвесторов пока затянула ручной тормоз и ждет.
HN: Какие у Вас успехи в Украине? Все еще это страна непредвиденных возможностей? Или это одна большая сплошная проблема, от которой лучше надо убрать руки?
На Украину существует два взгляда. С политической стороны – это проблема, современное правительство не может решить кризис, в макро экономике будут проблемы. Второй взгляд другой – 48 миллионов населения постоянно создает потребление. Поэтому бизнес постоянно развивается.
HN: Ваш бизнес в Украине в области недвижимости. Продали, заработали или „держите позиции “?
Цены за аренду упали там на пятьдесят процентов. При том, средняя цена аренды канцелярских помещений в Киеве была около 50 долларов США за квадратный метр, в Праге тоже самое было за 18 долларов. Потом цены в Украине упали на половину, но мы первоначально покупали дешевле, чем в Праге. У нас нет причин уйти с Украины.
HN: ВЫ хотели заниматься бизнесом на Балкане, в Сербии, Румынии. Еще думаете об этом?
Моментально нет. Развитие в этом направлении мы перенесли на будущее.
Национальный совет экономических консультантов /NERV/ имеет больший потенциал, чем заниматься вопросом металлолома
HN: Давайте вернемся обратно в Чехию. Можете предугадать, улучшиться ли экономическая ситуация в этом году?
Наши аналитики прогнозируют, что валовой доход в этом году уменьшится на 1,5 процента. На следующий год это может быть „черный ноль “, а на следующий год может быть рост на один процент, или два. Другими словами, кризис только начинается.
HN: Помогут ли меры, принимаемые чешским правительством?
Важно то, что делают крупные государства, главное Германия.
HN: Для чего нужен Национальный экономический совет правительства /NERV/?
Я с уважением отношусь к экономистам и банковским менеджерам. Но пока что все выглядит так, что NERV решает быстрее всего лоббистические вопросы, например дотацию за сдачу машин в металлолом.
HN: Экономите в своей компании?
Естественно. Начали еще в августе прошлого года. Достаточно заблаговременно, чтобы люди могли без проблем найти себе новые места. Ушло несколько аналитиков, инвестиционных менеджеров. И, например, в Украине вместо 47 сотрудников у нас осталось 12.
HN: Будете переселять и чешский офис. Или его закроете?
Нет, его не закроем. Подыщем более дешевые канцелярские помещения вне центра Праги. Но еще два года на Овоцном тргу останемся.
Евро в Словакии и заблудившийся конь селянина
HN: Честно – есть ли у компании Arca в это время проблемы?
У кого их нет? Проблемы могут иметь инвесторы, сотрудники, например СМИ. Важным делом является поиск, как исправить это положение, и как оценить это стремление. Когда, например, J&T создала совместную компанию с PPF, это вижу как позитивное явление. Из этого видно, что эти инвестиционные компании, что–то решают. Точно так же будут решены и проблемы в компании Moravia Energo у госп. Хренека. И также могли допустить и решать свои проблемы и некоторые девелоперы.
HN: Которые?
Не хочу называть какие–то конкретные компании. Но девелоперы должны сделать так, чтобы их ценовые пузыри лопнули. Если, например, они теперь обещают своим клиентам к квартире и автомобиль, тем показывают, как высока цена их квартир. Люди не глупые, чтобы это понять.
HN: Как теперь относятся к вам банки?
К нам – нормально и это ценим. Но я знаю о многих фирмах, которым банк снимает деньги со счета. Те же самые банкиры, которые несколько лет назад утверждали кредиты и верили в проекты фирм, сейчас могут эту же фирму уничтожить. Не окажут поддержку клиенту. При этом чешские банки несколько лет назад были самыми рисковыми в Европе.
HN: Словацкий премьер Фицо, радуется, что словаки переживут кризис благодаря Евру. Чешский премьер Тополанек наоборот заявил: Хорошо, что мы хоть с Евро не связаны. Дайте этому свою оценку, как шеф словацко-чешской фирмы, кто прав?
Это как повесть о мужике, который найдет за огорожей чужого потерявшегося коня. Соседи ему завидуют, какое у него счастье появилось. А он им говорит: Поживем, увидим. Потом на этом коне сын этого мужика поломает ногу. Все его жалеют, какое у него горе. Он снова говорит: Поживем, увидим. Потом всех забирают на войну, а его сын из-за того, что у него поломанная нога остается дома. И так все продолжается дальше и дальше.
HN: Да это очень точно подмечено. Но ответа так и нет.
Я думаю, Чехии поможет то, что у нее Евро не было заведено. Крона может девальвировать благодаря экспорту. Естественно, снова возникает вопрос дорого сырья, но эффект для экспортеров пока что доминирует. Но одновременно можно сказать: Поживем, увидим.